Рейсовый автобус Владивосток - Преображение отошел от автовокзала и повез пассажиров к берегу самого тихого в мире океана. Мой путь лежал в Лазовский заповедник имени Капланова, где предстояло принять участие в антибраконьерской работе и помочь местным егерям в инспектировании территории. Высокий спрос в соседнем Китае на корни дикорастущего женьшеня, трепанг, пупки кабарги и желчь медведя провоцирует население Приморья идти на браконьерство. Не всегда заповедникам и заказникам удается собственными силами сохранить в целости и сохранности свои биологические ресурсы. Именно по этой причине и была создана при эколого-просветительском центре "Моя планета" дружина охраны природы, основной целью которой является содействие в охране заповедных территорий.

Приезд

Лазовский государственный природный заповедник имени Капланова был создан в 1935 году на месте Южно-Уссурийского (Судзухинского) заказника как филиал Сихотэ-Алинского заповедника и только в 1940 году был объявлен самостоятельным. На сегодняшний день общая площадь земель заповедника составляет 121 тысячу гектаров с охранной зоной площадью 16,9 тысячи га. Необходимо отметить, что охранная зона имеется не по всему периметру заповедника и главное, в состав заповедника не входит морская акватория, что позволяет беспрепятственно подходить браконьерам к его берегам с моря на катерах и лодках и отстреливать на прибрежных скалах горалов. Один из таких случаев произошел 13 февраля, когда трое местных жителей подошли к заповеднику на катере и убили горала и пятнистого оленя. Все нарушители были задержаны, и против них возбуждено уголовное дело.

Познакомившись с начальником охраны заповедника Владимиром Тимониным, мы выехали на "уазике" на егерский кордон, называемый в народе Америка. По прибытии туда плотно перекусили, и меня в составе группы из четырех человек отправили в пеший поход по реке Перекатной через перевал к берегу моря. Цель данного похода - поиск людей, осмелившихся нарушить заповедный режим. В состав нашего отряда вошли студентка факультета экологии ДВГУ Юлия Милежик, выпускник Рязанского педагогического института Денис и два инспектора Иван Новиков и Владимир Колесников.

Через лес и горы

Мы отправились в верховья ключа, надеясь перевалить через водораздел и выйти к морскому побережью. Но наши надежды не оправдались. Из-за сильного тумана на перевале мы выбрали немного не тот распадок и ушли совсем в другом направлении. Ночевать пришлось не в Глазковке, как предполагалось ранее, а под скалой, на Черном ключе, в верховьях которого раскинулась тисовая роща.

На следующий день погода нам сопутствовала. По пути Володя Колесников показал мне пещеру, в которой несколько лет подряд тигрица приносила потомство. Сейчас в силу каких-то неизвестных причин это место остается свободным уже более четырех лет. Поднявшись на водораздел, мы стали спускаться к морю. Сверху нам открылась живописная картина - вершины гор освещало летнее солнце, а вся низменность была залита густым, как молоко, туманом.

Нашей оплошностью было то, что, выбрав самый короткий маршрут к морю, мы оказались среди непреступных скал. Спускаться пришлось по местам, которые пригодны только для горалов, живущих в этих горах. В некоторых местах было невозможно обойтись без альпинистского снаряжения. Из-за того что спуск был слишком утомительным и требовал от нас максимальной концентрации внимания и сил, решено было ночевать прямо на скалах. И только двое смельчаков, которым не терпелось дойти до намеченной цели во что бы то ни стало, решили идти в село, несмотря на надвигающуюся ночь и смертельную усталость от дневного перехода. В Глазковку мы с Володей вошли около полуночи. Местная электростанция еще работала, и мы даже успели поужинать при свете.

Браконьер должен сидеть в тюрьме!

После короткого утреннего совещания мы решили посвятить весь следующий день охране прилегающих к заповеднику овсяных полей. Дело в том, что эта сельскохозяйственная культура по вкусу кабанам и медведям, поэтому местные браконьеры с недавних пор стали прощупывать отдаленные поля и искать места для засидок.

Отъехав к селу Сокольчи и проходя вдоль большого поля, мы обнаружили следы проехавшей автомашины. Поскольку просто так в лес ездить здесь не принято, мы решили выяснить, зачем кому-то понадобилось уходить в тайгу в это время. Идя по следу людей, мы вышли на хребет, покрытый молодым дубом. Любой мало-мальски грамотный охотник мог бы сразу сказать, что искать здесь нечего. Женьшень не растет, да и зверя, вероятно, тоже нет.

Когда мы были максимально удалены от основной группы, по рации поступило сообщение, что четверо человек из обнаруженной в лесу машины уже вышли. Пришлось спускаться к ключу и ни с чем идти домой. Но, не доходя 200-250 метров до оставленной машины, впереди идущий егерь Музалевский вдруг обнаружили свежие следы людей. А еще через 100 метров мы догнали и задержали двух человек с оружием, рюкзаки которых были плотно забиты мясом дикого животного.

Как выяснилось позже, браконьеры оказались местными жителями. Изъятое оружие было сдано в Лазовское отделение милиции, а мясо после обследования ветеринаром - в местный детский приют. Пассажирами автомашины, которую мы обнаружили в лесу, были конструкторы с Арсеньевского авиационного завода. Они искали в окрестных сопках упавший в 50-х годах самолет "У-2".

Местная милиция заинтересовалась фактом задержания браконьеров, и на следующий день ближе к обеду мы выехали на место преступления. В лесу браконьеры стали рассказывать о том, что ружья были найдены ими накануне охоты в дупле дерева. Эта история была слабо похожа на правду, и следователь принял решение задержать их до выяснения всех обстоятельств по данному делу. Следует отметить, что в прошлом суды редко рассматривали подобные дела - убили мужички зверя, отобрали у них оружие, взыскали штраф, и все. Сегодня за такие дела могут и посадить. Судьи стали более жесткими к экологическим правонарушениям, понимая, что охрана природы дело важное и ничем не хуже охраны личного имущества.